Они похожи по темпераменту, но при этом совершенно разные по характеру. У Насти стремительная манера общения, разговор с ней оставляет впечатление беседы с давней приятельницей. Потап же не имеет ничего общего со сценическим имиджем хулигана. Несмотря на изрядную долю иронии и категоричность суждений, он исключительно вежлив и спокоен. Тем интереснее наблюдать, как они совершенно по-разному отвечают на одни и те же вопросы.
– Ваш сценический имидж вызывает предположение, что Алексей в детстве был хулиганом, а Настя – маминой дочкой. Насколько это соответствует действительности?
Потап: Я учился неплохо, за все годы было только две «тройки», в основном «четверки» и «пятерки», последних даже больше. Но типичным хорошистом назвать сложно, потому что много спорил с учителями, до слез их доводил. Родителей вызывали к директору, даже раз на меня заявление в милицию написали. Это позже сообразил, что надо быть дипломатичнее, хитрее, после чего находить общий язык с окружающими стало проще.
Настя: Я тоже была не подарок. Во мне уживаются сразу два человека: с одной стороны - мамина дочка, с другой – девчонка, которая с удовольствием играла во дворе в футбол. Взрывная смесь! Это не значит, что я двуличная. Просто в какой-то момент включается эдакая «сумасшедшинка», даже Потап говорит: «Иногда я думаю, что ты мальчик». В то же время, на сцене или в компании во мне проявляется женственность.
– С такими характерами вы наверняка доставляли немало хлопот родителям. Они наказывали за проступки?
П.: Моя мама - рекордсменка мира по плаванию, детский тренер, папа – военный. Как понимаете, воспитывали строго. Когда друзья шли гулять во двор, я торопился то на одну тренировку, то на другую. Занимался плаваньем, затем - водным поло. В первом случае «доплыл» до кандидата в мастера спорта, во втором – до мастера спорта. Это занимало все свободное от учебы время, и не было возможности даже пообщаться с друзьями, что заставляло меня бунтовать. Кроме того, с детства планировалось, что я стану юристом. Дедушка при Союзе занимал высокую прокурорскую должность, и я хотел быть похожим на него. Но бунтарская натура дала о себе знать, и я заявил, что стану музыкантом. Родители не воспринимали всерьез мое увлечение, хотя сами и привили эту любовь: папа играет на всех инструментах, у мамы тоже есть музыкальный талант.
– Алексей, после школы вы поступили в Университет физкультуры и спорта. Это была инициатива родителей?
П.: Нет, собственная. Пока тренировался, выступал на соревнованиях, попал в сборную Украины, а это – прямая дорога в инфиз. Кроме того, выбирал институт, где не пришлось бы на вступительных экзаменах сдавать математику. Инициативу родители проявили позже. Папа сказал, что нужно серьезное образование, и настоял, чтобы получил второе высшее в Национальном экономическом, специальность – бухучет и аудит, несмотря на то, что математику так и не полюбил.
– Настя, вас тоже держали в ежовых рукавицах?
Н.: Нет, я выросла в семье, где всем правит любовь. Родители обожают друг друга, у них остался какой-то юношеский романтизм, до сих пор на свидания друг к другу бегают. Это прекрасно, но я их ревную всю свою жизнь! Кстати, недавно ездила с ними отдыхать в Доминикану, так было ощущение, словно из нас троих я взрослая, а они подростки. Тем не менее, именно на такой основе я хочу строить свою семью. А по поводу профессии – мама с детства развивала мой музыкальный талант, уже в три года разучивала со мной ноты.
– Знаю также, что вы с детства изучали иностранные языки.
Н.: Да, именно так. Впервые я поехала в 5 лет в Париж, осваивать французский. Но вскоре вернулась и заявила, что больше туда ни ногой, настолько не понравилась страна, менталитет, да и сам язык. И вот когда через полтора-два года встал вопрос о том, чтобы на таких же условиях пожила в Италии, сопротивлялась, наученная предыдущим опытом. Но стоило приехать в эту страну, как сразу в нее влюбилась. Это было мое – бурный темперамент, музыкальный язык.
– То есть, с общением проблем не было?
Н.: Уже за две недели я усвоила элементарный набор фраз, которые применяются в быту. В течение семи лет туда периодически приезжала, и вскоре так привыкла к стране и языку, что по возвращении домой русский едва вспомнила. Кстати, до прошлого лета не была там уже лет восемь, и вот получилось вырваться. И когда Потап позвонил мне с рабочим вопросом дня через четыре, я сказала только «Алло», а дальше начала заикаться. Он кричал: «Каменских, с ума сошла?! Я тебя только отпустил, а ты уже еле разговариваешь!» У меня и акцент до сих пор остался. Не режет ухо, но люди, которые слушают наши песни, могут заметить, что мягко произношу согласные. Раньше я еще и крепкие итальянские словечки в разговоре вставляла, Потап может подтвердить. А еще, если посмотреть клипы, видно, что переняла сумасшедшую мимику итальянцев – лицо по всему экрану двигается!
– Несмотря на вашу занятость на тренировках и Настины поездки между Украиной и Италией, наверняка оставалось хоть немного времени и для лирики. Помните свои школьные или институтские влюбленности?
П.: Когда я был в выпускном классе, мне очень нравилась девочка Настя, она была очень красивая, с длинными кудрявыми волосами. Дарил цветы, звал на свидания, всячески обхаживал – если влюбляюсь, то оказываю максимум внимания. Но потом у нас как-то не сложилось. Кстати, недавно видел Настю на нашем концерте. Помахал, поздоровался, но желания встречаться нет. Зачем мне это? У меня жена и дети.
Н.: Я так сразу и вспомнить ничего о влюбленностях не могу. В детстве я общалась в основном с мальчишками, они воспринимали меня как друга. Мне это доставляло удовольствие - наблюдать, почему мальчики поступают именно так. И это потом очень пригодилось в жизни. Сейчас любимый человек говорит мне «спасибо» за то, что могу понять его поступки. И до сих пор иногда веду себя «как мальчик». Допустим, когда мы едем на гастроли – у нас в коллективе много мужчин, и с ними общаюсь без жеманства, могу поддержать любую авантюрную идею. Но если дело касается личной жизни, предпочитаю, чтобы меня воспринимали как девушку, конечно.
– Если команда воспринимает Настю «как мальчика», равноправие ли у вас в команде или все-таки Алексей лидирует?
П.: Мальчик с девочкой в принципе не могут общаться на равных. Настя еще многого в жизни не знает, поэтому с моей стороны есть некоторая опека. Кроме того, я руководитель в команде, поэтому и к Насте отношусь как к подчиненной, хотя не без понимания. Но в работе я все-таки очень строг. С другой стороны, она уже прошла закалку постоянными концертами и славой.
Н.: Я бы сказала, Потап мне как старший брат. Во всех отношениях.
– То есть, если решил, то настаивает на своем?
Н.: Настаивает? Да он меня лупит! Не физически, но морально – это точно. Поверьте, он очень строгий, хоть с первого взгляда может и не казаться таковым. Сейчас мы уже сработались, но раньше был просто кошмар, вплоть до того, что не могли находиться в одном помещении и посылали друг друга. Мы два Тельца – он рогатый, я тоже. Вот и бодались. Теперь понимаю, что его строгость была в большинстве случаев мне на пользу, но уступить не могла.
П.: Настя как спичка – зажигается мгновенно, но вскоре приходит в себя. В принципе, я такой же, только еще очень упрямый, потому что знаю, что делаю. При этом могу строить общение дипломатично.
– Настя, а вы, чтобы выиграть спор, используете женские приемы?
Н.: Нет, с Потапом просто надо знать, когда нужно и можно говорить что-либо, и не важно, как ты это скажешь – состроив глазки, как у кошечки, или со злостью. Надо просто ловить момент, настроение. Я этому научилась.
– Сейчас вы уже более чем хорошо знаете друг друга, а что подумали, когда увиделись впервые?
Н.: Он был одет ярко, в салатово-бело-сине-желтых тонах, и я про себя сказала: «Вот попугай!» А еще решила, что хам – только меня увидел, даже не поздоровавшись, заявил: «Ну, попа ничего, сиськи тоже».
П.: Мне Настя при первой встрече жутко не понравилась! У режиссеров есть такое определение для актеров: отрицательное или положительное обаяние. Я решил, что у Насти именно отрицательное. Потом начали работать вместе… и она вообще показалась неинтересной, просто скучной до жути. Такой кошмар – Настя была типично попсовой, пенопластовой, как остальные певицы из этой «колоды» – вытаскивай любую, они одинаковы.
– Когда мнение начало меняться?
Н.: Уже спустя пару дней общения, поняла, что он образованный и интересный парень, даже иногда удивляюсь, насколько не соответствует тому образу, в котором появляется.
П.: Сейчас уже сработались, но все равно вижу, что Насте надо многое поменять, чтобы остаться на сцене. У нее плохо со стремлением чего-то добиваться, жутко ленивая. Могла бы стать «глыбой» вроде Аллы Пугачевой или Софии Ротару, таланта хватает, но ее постоянно нужно подталкивать, направлять. Это меня больше всего раздражает: вот чего-то добилась, и ее это устраивает. А я люблю целеустремленных людей.
Н.: Ну хоть что-нибудь тебе во мне нравится?
– Действительно, Алексей, есть ли у Насти черта, которая вам импонирует?
П.: Несмотря на внешнюю гламурность, в душе она простая девочка, которая делит все на категории: черное – белое, нравится – не нравится, буду делать – не буду. А в шоу-бизнесе столько подводных камней, что иногда хочется решать вопросы проще, именно на таком категоричном уровне: нужно или нет. Настиному умению дифференцировать проблемы можно поучиться. Хотя иногда это же меня доводит до бешенства, потому что есть ситуации, подходить к которым с мерилом «горячее или холодное» – непрофессионально. Знаете, Достоевский по этому поводу сказал: «Человек крайностей – это человек глупостей».
– Насколько вы доверяете коллеге по сцене – в разведку бы с ней пошли?
П.: Нет, с Настей не пошел бы! Если бы пришлось ползти по-пластунски – у нее задница высоко поднимается. Но на рацию посадил бы, и патроны доверил передавать. И со всей командой тоже в разведку бы не побоялся.
– Вы хорошо изучили друг друга за время совместной работы. Сейчас ваши отношения уже перешли в категорию близких? Можете поговорить на любую тему?
П.: Для меня существуют темы, закрытые ото всех – личная жизнь, например. Обсуждать это не принято, как и выносить сор из избы. Об остальном можем разговаривать спокойно, особенно любим перемыть косточки другим исполнителям: кто гей, кто… дважды гей. В принципе, наша команда тесно общается, но основной темой должна оставаться работа. Это то, зачем мы собрались.
Н.: Да, у нас хорошие дружеские отношения. Но если мы в Киеве и не в студии, то я не поеду лишний раз к Потапу, чтобы с ним поговорить, потому что из-за работы мы и так практически все время вместе. По поводу закрытых тем, наверное, нет того, что мы не можем обсудить, потому что за это время стали практически родными. На чай друг к другу не ходим, но я общаюсь с женой Потапа, он знает моих родителей.
– Настя, а вы готовы слушать критику от Алексея о вашем любимом, например?
Н.: Такие моменты были, но Потап очень деликатный, никогда не лезет в душу. Если ты ему хочешь что-то рассказать, выслушает и может высказать мнение. Но всегда это делает аккуратно, без грубости и резкости. И если уж говорит, то прислушиваюсь, потому что делает это редко.
П.: Я не вмешиваюсь в личную жизнь других, потому что это самая уважаемая для меня штука. У Насти есть контракт, где сказано, что до его окончания она не имеет права выходить замуж и рожать детей. Остальное – ее дело.
– С детьми понятно. А почему замуж девушку не пускаете?
П.: Человек со стороны, который придет к нам с официальными правами, начнет влиять на работу внутри коллектива. Это исключено. Но мы бы пересмотрели контракт, если бы это был, к примеру, Кучма. В крайнем случае – Янукович. О Тимошенко не говорю, потому что не думаю, что женщины – Настин профиль. Если серьезно, могут быть какие-то обстоятельства, когда сможем обсудить варианты, а так – это очень серьезная игра. Когда в нее вступаешь – надо играть по правилам. Наш дуэт харизматичен именно в этом составе, мы не «ВИА Гра», чтобы без конца менять участниц. Настя у нас в журналах, на телевидении, на фото, она – верхушка, серый кардинал – Потап. Но в команде есть еще 12 человек.
– Но не так давно Настя говорила, что уже задумывается о семье.
П.: Нет, она уже передумала…
Н.: Потап прав. Пять месяцев назад я рассталась со своим молодым человеком. Но сейчас я снова влюблена, хоть подробности предпочитаю не рассказывать. И о семье продолжаю задумываться, хотя это не значит, что собираюсь замуж прямо сейчас. Может быть, через пару лет. Но считаю, что уже сейчас надо размышлять на эту тему. Ведь мысли материальны, и я в это верю – именно так стала популярной, потому что желала этого с детства. То же с семьей: уже сейчас думаю, чего бы я хотела. Это не сладкие мечты о нереальном, а конкретные размышления: каким будет мой ребенок, вплоть до цвета глаз, где планирую жить. И, конечно, какого мужчину представляю рядом с собой.
– Поделитесь, какого?
Н.: Многих девушек, прежде всего, интересует: богатый или нет. Я смотрю на это несколько с иной стороны. Мой любимый - с хорошим, пусть не баснословным достатком, но он перспективный. Считаю, что это самое важное. Потому что те миллионеры, которые получили деньги легко и благодаря случаю, запросто могут их лишиться. А в том, кто добился всего самостоятельно, можно быть уверенной: даже если потеряет деньги, сможет найти пути, чтобы снова заработать и обеспечить семью. А если говорить о внешних данных, то худой, толстый, кривой, рыжий, белый, черный – без разницы. Главное, чтобы высокий! Я девочка немаленькая, и для меня рост мужчины – это важно. А еще глаза – они отражают то, что внутри.
– Алексей, вы тоже заранее представляли, что хотите видеть в будущей супруге?
П.: Нет. Более того, когда нас познакомил друг, мы начали много времени проводить вместе, но отношения оставались чисто дружескими. Я рассказывал Ире о своих увлечениях, романах, она активно участвовала в моей судьбе. А потом вот – поженились. Теперь супруга шутит, что на своем примере доказала: не бывает дружбы между мужчиной и женщиной.
– Так значит, если дружбы между мужчиной и женщиной нет, то поклонники смогут дождаться и вашего с Настей романа…
П.: Да какая у меня с Каменских дружба?! У меня с ней сплошной конфликт!
МАРИНА ЦЕДИК
